Алексей Ильич Чириков

Морская школа и первые экспедиции

Чириков родился 13 (24) декабря 1703 года в селе Лужное в небогатой дворянской семье. Учился в московской Навигацкой школе и Петербургской морской академии, которую окончил в 1721 году. Служил на Балтике, затем преподавал навигацию.

В 1725 году его назначили помощником Беринга в Первую Камчатскую экспедицию. Чириков участвовал в переходе через Сибирь и плавании «Святого Гавриила» вдоль восточных берегов Азии. Работа включала наблюдения, необходимые для определения положения мест и составления карт.

Во Второй Камчатской экспедиции он вновь стал ближайшим помощником Беринга. В 1740 году участвовал в устройстве Петропавловской гавани. К следующему лету два пакетбота — «Святой Пётр» под командованием Беринга и «Святой Павел» под командованием Чирикова — были готовы к походу через северную часть Тихого океана.

Выбор пути к Америке

Перед выходом офицеры обсуждали маршрут. На картах к юго-востоку от Камчатки помещалась земля Жуана да Гамы; её предполагали либо частью Америки, либо отдельным островом. На совещании 4 мая 1741 года решили сначала искать эту землю в районе 46–47 градусов северной широты, а затем идти на северо-восток к американскому берегу.

У Чирикова был другой вариант: сначала пройти к Чукотке и искать Америку оттуда, через более узкую часть океана. В своём последующем рапорте он напомнил, что предлагал это ещё в Петербурге. Решение идти южнее объяснялось опасением встретить ранним летом льды у Чукотки. Чириков подчинился общему плану.

4 июня по старому стилю суда вышли в море. «Святой Павел» пересёк район предполагаемой земли, но берегов не обнаружил. По наблюдениям участников, земля в указанном на карте месте отсутствовала. Затем пакетбот направился к северо-востоку.

В июне корабли потеряли друг друга в тумане и сильном ветре. Поиски не дали результата, и Чириков продолжил путь самостоятельно. В обоих корабельных отчётах описано это расхождение; разница отдельных календарных чисел требует учитывать морской порядок отсчёта суток.

Американский берег и первая разведка

15 июля по корабельному журналу, то есть 26 июля по новому стилю, со «Святого Павла» увидели землю. Чириков счёл её частью Америки. Наблюдатели отметили высокие горы, лес и снег на отдельных вершинах. Берега оказались крутыми: даже близ суши лот показывал большие глубины, а безопасного места для якорной стоянки найти не удавалось.

Сначала на разведку отправили квартермейстера Григория Трубицына с восемью служителями. Он вернулся через несколько часов с промерами и описанием залива. Место было доступно для малой лодки, но не обеспечивало пакетботу достаточной защиты от ветров. Поэтому Чириков продолжил движение вдоль берега.

За время обследования команда брала пеленги на заметные точки суши, измеряла глубины, отмечала грунт и очертания гор. В рапорте Чириков оценил осмотренный участок примерно в четыреста вёрст. Эти сведения отражали видимый с моря берег; подробной съёмки внутренних районов экспедиция не производила.

Две пропавшие лодки

18 июля по журналу Чириков направил к берегу Авраама Дементьева с десятью вооружёнными служителями. Им поручили найти место высадки, осмотреть местность, выяснить, есть ли жители, и пополнить запас воды. В инструкции предписывалось обращаться с местными людьми мирно и вернуться как можно скорее. Для связи с кораблём были оговорены сигналы.

Лодка скрылась у берега и не вернулась. Команда несколько суток держалась поблизости, несмотря на туман, дождь и ветер. Увиденный затем огонь породил надежду, что люди живы, а лодка повреждена. Для её ремонта 24 июля отправили ещё четырёх человек: боцмана Сидора Савельева, матроса, плотника и конопатчика. Они также не возвратились.

На следующий день моряки увидели две местные лодки. Одна приблизилась, но разговора не состоялось. Чириков предположил, что его людей могли задержать или убить; непосредственных сведений об их судьбе он не получил. Всего пропали пятнадцать человек. Ни рапорт, ни наблюдения с пакетбота не позволяют установить, что именно произошло на берегу.

Потеря обеих лодок изменила весь поход: больше не было возможности безопасно высаживаться и доставлять на корабль воду. 27 июля офицеры приняли решение возвращаться. Это произошло ещё летом, до наиболее тяжёлого распространения цинги на обратном пути.

Возвращение через Алеутскую гряду

Обратный переход затянулся из-за встречных ветров. На пути появлялись новые острова и участки суши. Чириков фиксировал их положение и внешний вид, продолжая наблюдения даже после прекращения обследования американского берега.

При этом он не мог уверенно определить, какие видимые земли соединяются между собой. Обилие прибрежных птиц, водорослей и морских животных он рассматривал как признаки близости суши, но в рапорте прямо отделял предположение о её непрерывности от доказанного факта. Позднейшая карта Алеутских островов потребовала новых плаваний.

С конца августа воду стали строго нормировать. Реже готовили горячую пищу, собирали дождевую воду с парусов; она имела неприятный вкус из-за смолы на снастях, но другого пополнения почти не было. Ограничения касались и офицеров. В конце перехода воду получали также выпариванием морской воды с последующим сбором пресной.

Цинга постепенно вывела из строя большую часть команды. Умерли лейтенант Иван Чихачёв и штурман Михаил Плаутин. Чириков с конца сентября уже не мог выходить на палубу, однако продолжал проверять счисление пути и передавать распоряжения о курсе. Практическое управление судном оставалось за штурманом Иваном Елагиным, тоже больным. В рапорте Чириков особо отметил его работу и представил к повышению.

Рапорт, журнал и карта

В октябре «Святой Павел» достиг Камчатки. В рапорте различены приход в Авачинскую губу 10 октября и вход в Петропавловскую гавань 12 октября по журналу. У самого конца путешествия умер находившийся на судне астроном Людовик Делиль де ла Кройер.

7 декабря 1741 года Чириков составил подробный отчёт Адмиралтейств-коллегии. К нему прилагались журнал, карта, списки людей и копии решений офицеров. Он описал как открытия, так и потери, болезни и недостатки навигационных вычислений.

Особенно существенным было расхождение в долготе американского берега, полученной при прямом и обратном счислении. В открытом океане не было пунктов с известной долготой, по которым можно было бы исправлять накопившуюся ошибку. Чириков показал на карте оба результата разными цветами и предложил академическим специалистам сопоставить их с журналом. Он не скрывал расхождения и не объявлял одно из вычислений безусловно точным.

В отчёте сопоставлены и условия разных месяцев: почти непрерывные туманы начала лета затрудняли наблюдения, тогда как в августе и сентябре ясные дни встречались чаще, но усиливались штормы. Это были практические сведения для следующих экспедиций. Отправку документов организовали разными путями, чтобы уменьшить риск их утраты.

Последнее плавание и возвращение к службе

В 1742 году Чириков снова вышел в океан на «Святом Павле», одновременно продолжая исследования и поиски Беринга. Достиг района Атту, на обратном пути видел Командорские острова, но с зимовавшими там участниками «Святого Петра» не встретился.

После завершения экспедиционных работ добивался возвращения из Сибири. В Петербурге участвовал в обобщении картографических материалов; в 1746 году подготовил предложения о дальнейшем изучении и освоении восточных районов. Позднее возглавлял московскую контору Адмиралтейств-коллегии.

Чириков умер 24 мая (4 июня) 1748 года в Москве. Его служба соединила преподавание навигации, полевые наблюдения и командование дальними походами. Наиболее подробный собственный рассказ о его работе — рапорт 1741 года: в нём сохранились последовательность решений, результаты измерений и пределы достоверности полученной карты.